Начало саратовской осени окрашено в цвета убийств и насилия

Стало недоброй традицией отмечать с приходом чудесной осенней поры подъём активности убийц и насильников

25 сентября 2017 в 17:04, просмотров: 2139

Увы, и нынешняя осень с её погодой без дождей и грязи не стала исключением. Криминальная грязь вылезает наружу, словно дождавшись своего сезона, и кровавые дожди шумят на страницах оперативных сводок, заглушая тихий шёпот листопада. Неужели так будет всегда? И почему именно осень красит города и сёла нашей области в багряно-кровавый цвет? Попробуем в этом разобраться.

Начало саратовской осени окрашено  в цвета убийств и насилия

Трупный аромат осеннего букета

Самое громкое преступление минувшей недели — двойное убийство в посёлке Красный Текстильщик в Саратовском районе, совсем недалеко от областного центра. Интересны и обстоятельства, при которых были обнаружены два изуродованных трупа. Ранним утром 20 сентября, в среду, сотрудница районной прокуратуры пришла по адресу, где недавно проводилось изъятие ребёнка из семьи. Она намеревалась побеседовать с мамой, но это ей не удалось. Дверь была открыта, а 40-летняя хозяйка дома лежала на полу в луже крови. Её шея и грудь были сплошь истыканы лезвием ножа (или, возможно, другим острым предметом, который сыграл роль орудия убийства). Тут же обнаружился ещё один труп — ровесника и сожителя хозяйки, которого прикончили подобным же способом.

По посёлку, а затем и по всей области поползли устрашающие слухи: сразу родились народные версии о кровной мести, о ревности и, разумеется, о серийном убийце, возможно, даже маньяке.

Следственным управлением Следственного комитета было возбуждено дело, назначено множество экспертиз — судебно-медицинских, молекулярно-генетических, дактилоскопических.

Результат не заставил себя долго ждать: уже вечером следующего дня силовики задержали подозреваемого в жутком злодействе. Ему 54 года. Вскоре после задержания стало известно, что давать какие-либо показания он категорически отказывается — на это ему даёт право 51 статья Конституции Российской Федерации (никто не обязан давать показания против самого себя и своих близких родственников).

Из источников, близких к правоохранительным органам, удалось узнать, что подозреваемый проживает в том же посёлке, где была обнаружена убитая пара любовников. Его образ жизни не отличается правильностью. Вопрос о прежних судимостях пока выясняется, но, по предварительным данным, проблемы с законом у задержанного уже возникали, причём неоднократно.

Мотивы убийства, естественно, выясняются и пока не могут быть обнародованы. Опять-таки по предварительным сведениям, официально пока не подтверждённым, причиной трагедии стали личные неприязненные отношения. Ну и, как водится, нежелание оставлять в живых свидетелей.

Ещё раз оговариваюсь, что всё это сейчас на уровне предположений и вполне может не найти в дальнейшем юридического подтверждения (как и сама виновность задержанного, которая на настоящий момент не установлена).

Уже когда номер готовился к печати, стало известно, что задержанному предъявлено официальное обвинение и он заключён под стражу — свою вину он по-прежнему отрицает, но появилась информация, что в застолье, закончившемся резнёй, участвовал ещё один человек, успевший спастись бегством.

Это убийство стало самым громким, а вот менее громких, но оттого не менее страшных преступлений сентябрь нам приготовил целый букет, только аромат у этого осеннего букета неприятный, он не благоухает, а душит трупным запахом.

В тот же день, 20 сентября, когда в Красном Текстильщике нашли пару, навек соединённую смертными узами, в Заводском районе возбудили ещё одно уголовное дело по убийству. Накануне на лестничной площадке дома по проспекту Энтузиастов обнаружили лежащего пожилого мужчину с разбитой головой. Признаков жизни он не подавал. На этот раз долго искать злоумышленника не пришлось — он проживал в том же подъезде, где обнаружили труп. История оказалась до несуразности банальной. 69-летний безработный пришёл в гости к приятелю, и они хорошо выпили. Потом хозяину не понравилось поведение гостя, и он стал его выпроваживать. Это оказалось нелёгким делом, и владелец гостеприимной квартиры решил вопрос радикально — несколько раз сильно ударил визитёра по голове сначала кулаками, потом, упавшего, ногами. Бесчувственное тело вытащил на лестницу подъезда, дальше транспортировать собутыльника счёл нецелесообразным, решил, что он очнётся и уберётся восвояси. Но соседи, увидев распластанного на полу в подъезде человека, сразу поняли, что в их доме совершено убийство, и позвонили в полицию.

Буквально двумя днями раньше, в ночь на 17 сентября в рабочем посёлке Самойловка разыгралась драма по очень похожему сценарию. Двое собутыльников повздорили на предмет того, кто из них больше употребил спиртного и на каком основании. Поиски алкогольной справедливости завершились бурным выяснением отношений. Правда, в Самойловке более молодой 27-летний гость оказался гораздо активнее 43-летнего хозяина и утвердил свою правоту сначала с помощью кулаков и пинков, а затем применил деревянную палку, попавшуюся под руку, и такое необычное, но весомое оружие, как металлическое корыто. Судя по всему, именно последний «корытный» аргумент стал решающим — хозяин испустил дух на месте.

Для полноты картины остаётся добавить, что ещё тремя днями раньше, 14 сентября в одном из посёлков Озинского района произошла такая же история. С маленькой разницей — причиной убийства собутыльника стала не его жадность к спиртному, а нелестный отзыв о моральном облике сожительницы приятеля, который оказался по духу рыцарем и заступился за честь своей дамы. Ввиду отсутствия возможности вызвать клеветника на дуэль заступник просто прикончил его на месте серией тяжёлых ударов по голове.  

 

Смертоносный урожай

Хочу заметить, что пять перечисленных только что трупов появились всего за

5 (!) дней сентября — с 14-го по 19-е. Всего же за неполный месяц сентябрь — до 20-го, когда нашли убитых в Красном Текстильщике, в мир иной при схожих обстоятельствах отправились 16 жителей Саратовской области. Перечислять обстоятельства их ухода из жизни, пожалуй, не имеет смысла, скажу только, что были убийства сожителя сожительницей и наоборот, убийство матери сыном, ну и так далее. Кстати, в это же время в разных районах области было обнаружено несколько трупов, не исключено, что и здесь не обошлось без криминала.

А если прибавить к этому ещё целый веер изнасилований — самое громкое из них произошло вечером 12 сентября, когда 25-летний приезжий из Средней Азии, почти не владеющий русским языком, спросил у 22-летней девушки, возвращавшейся домой с работы, как пройти на одну из улиц. Объяснить жертва ничего не успела, спрашивавший ударил её по голове, затащил в кусты рядом с жилым домом и изнасиловал, вдобавок ещё и забрав на память золотые украшения. Самое потрясающее в этой истории то, что она произошла практически в центре города, на углу улиц Вавилова и Астраханской. Насильника, конечно, задержали. Кстати, в тот же день было возбуждено дело по изнасилованию в Заводском районе Саратова. А с начала сентября в криминальных сводках фигурировала ещё парочка историй с изнасилованиями в финале. Что же происходит? Осень сводит людей с ума…

 

Важнее всего погода… в голове

Я поинтересовался мнением знающих людей, жизнь которых плотно связана с работой силовых структур: откуда берутся такие криминальные вспышки? Сезонное обострение виновато или что-то ещё?

Вячеслав ПЕТРУШКОВ, много лет работавший психологом в одном из правоохранительных ведомств, высказал такое мнение:

— Приход осени, так же как и весны, всегда сказывается на психике эмоционально неустойчивых личностей. Обостряется чувство тревоги, старые проблемы начинают казаться непреодолимыми, возникает желание что-то резко и круто изменить в своей жизни, привычные бытовые обстоятельства вдруг начинают тяготить. Отсюда всплеск агрессии, негативных эмоций, раздражительности — само собой разумеется, что при воздействии на мозг алкоголя или наркотиков невинная ситуация становится взрывоопасной, мирный собутыльник вдруг приобретает черты врага.

Но всё же в корне неправильно сводить причины роста преступлений против личности к смене времён года. Рост убийств и изнасилований всегда так или иначе отражает картину общественных настроений, ведь вокруг нас носятся не только опавшие листья, но и услышанные где-то высказывания, мысли, идеи. Можно даже говорить о некоей генетической памяти: осень для наших предков-крестьян была временем, когда завершался сбор урожая, заполнялись закрома и подводились итоги полевых работ, от которых зависело, какой будет зима — сытной или голодной? От нас сейчас это далеко, но внутри, на подсознательном уровне человек всегда, даже против своей воли, задаёт себе вопрос: с чем я вступаю в зиму? Что накопил за тёплые летние месяцы, которые у современного городского человека ассоциируются с дачами и отдыхом, отпуском и курортами, а у сельского жителя, как в прошлом, так и сегодня, с полевой страдой, временем самого напряжённого труда.

И если человек внутри ощущает себя несостоятельным, банкротом, то приход осени для него горек. Такое миропонимание чревато нервными срывами и, соответственно, необдуманными поступками. Вот и окрашивается осень в кровавые и траурные тона.

Ибрагим АХМЕТОВ, юрист, специалист по уголовному праву, отметил, что колебания графика преступности всегда являются ответом на вызовы окружающей жизни, в том числе государственной:

— Уже не первый год эксперты Института психологии РАН отмечают, что, начиная примерно с середины 1980-х годов, уровень агрессивности среди россиян невероятно возрос. И хотя общий уровень преступности по сравнению с «лихими» девяностыми, конечно же, снизился — тогда жизнь человека вовсе ничего не стоила, агрессивность вошла в нашу жизнь и теперь от неё нелегко избавиться. Что касается резких всплесков особо тяжких преступлений в отдельно взятых регионах, как например в нашем случае, в Саратовской области, то назвать какую-то главную и тем более единственную причину, конечно же, невозможно и глупо было бы её искать. На мой взгляд, российское общество переживает сейчас один из переломных моментов в своём развитии. С одной стороны, мы слышим, что экономическая ситуация в стране улучшается, растёт авторитет нашей державы на международной арене и многое тому подобное. При этом люди из малообеспеченных слоёв, в жизни которых улучшений нет и не предвидится, обострённо чувствуют своё ущербное положение. Это и порождает агрессию. Люди, чувствующие себя обойдёнными в жизни, злятся на власть, но достать её не могут, поэтому вымещают злобу на тех, кто рядом. Бывает, что совершив тяжкое преступление — убийство или изнасилование, человек внутри ощущает себя если не победителем, то по крайней мере способным на дерзкий поступок, вырвавшимся, пусть ценой загубленных жизней — своей и чужой, из опостылевшей тины обыденности, «переступившим через свой страх», ну и так далее. Это ложное чувство освобождения от условностей очень опасно, оно порождает бессмысленные с виду злодейства, которые теми, кто их совершает, воспринимаются как самоутверждение.

Ещё один из моих знакомых, пожелавший остаться неназваным, высказал такое мнение, основанное на своём опыте оперативной работы:

— Нередко от обывателей приходится слышать, что нечего переживать по поводу «бытовухи» — пускай, дескать, поскорее все алкаши, наркоманы и прочие маргиналы перебьют друг друга, общество от этого ничего не потеряет, только очистится. Хочу таким напомнить, что насилие не бывает замкнутым в каком-то кругу — бытовом или социальном, наоборот, оно имеет свойство расходиться вширь, как круги по воде. Если в обществе убийство становится привычным делом, вряд ли кто-то может считать себя полностью защищённым от его угрозы.




Партнеры