Старый ТЮЗ готовится представить зрителям новую сказку «Ах, Андерсен!»

Прошло чуть больше года с того момента, когда на культурной карте Саратова появился новый театр - Старый ТЮЗ на Вольской

21.02.2018 в 13:17, просмотров: 1155

За сравнительно небольшой срок творческий коллектив сумел создать пять новых спектаклей: «Алиса в Стране чудес», «Винни-Пух», «Маленький принц», «Сказка о потерянном времени», а также «Малыш и Карлсон, который живёт на крыше».

Старый ТЮЗ готовится представить зрителям новую сказку «Ах, Андерсен!»
фото Юрий Кабанов

Поставил эту волшебную историю по мотивам произведений Астрид Линдгрен саратовский актёр, режиссёр, педагог, поэт Юрий Кудинов. В результате мы получили уникальное художественное явление: в одном сценическом пространстве на равных выступают заслуженные артисты и дети.

Спектакль включён в постоянный репертуар театра, а Юрий Николаевич уже начал работу над новой постановкой. В апреле Старый ТЮЗ приглашает и детей, и взрослых на сказку «Ах, Андерсен!». В преддверии премьеры Юрий Кудинов рассказал, как проходят первые репетиции.

— В «Карлсоне» на сцену одновременно выходят легендарные артисты Елена Блохина и Дмитрий ЧЕРНЫХ, молодые выпускники театрального факультета и школьники. Сложно было наладить взаимодействие таких разных творческих личностей?

— Задача была интересная: соединить студийцев, которые несколько месяцев назад пришли с улицы, с признанными профессионалами и молодыми актёрами. Здесь главным было создание ансамбля, а это невозможно сделать механическим путём, то есть призывами и лозунгами. Это либо есть, либо нет. Театр — живой организм, и соединить всех воедино всегда непросто.

— Может ли подросток практически без подготовки участвовать в спектакле?

— Не надо из детей быстро делать артистов, нужно принять их такими, какие они есть. Наши студийцы очень сильные, и, хотя специфика работы была сложной, я считаю это плюсом. Ведь есть такие спектакли… крепко сколоченные, очень профессиональные, но они абсолютно ничем не пахнут. Ты сидишь, как математик, как шахматист, ты видишь всю партию, как она разыгрывается, ты знаешь следующий ход, знаешь, кто выиграет. Но это не дает тебе никакого ощущения. У нас было иначе. Иногда нужно в ущерб результату ждать, когда актёр созреет. Нужно быть мудрецом, чтобы выдержать при этом вал критики и критиканства.

— Но зритель всё равно отличит профессионала на сцене от новичка.

— По-моему, сейчас эти профессии — актёрская, режиссёрская — настолько нивелируются, что включаешь телевизор, и под любой более-менее симпатичной девушкой написано: «Певица, артистка». Она «актриса», а что она сыграла? Разделась в кадре где-нибудь, в клипе снялась, вот и всё. А если серьёзно отвечать на этот вопрос, то непрофессионалов, конечно, видно.

— Тем не менее публика приняла «Малыша и Карлсона».

— Дети на сцене — всегда отражение их педагогов. Смотришь на YouTube спектакли, в которых участвуют дети, — это просто катастрофа. Театральные студии, где дети с педагогами действительно занимаются творчеством, мастерством, а не отчётной деятельностью, это такая редкость! Нужно, чтобы дети были свободны. Это как сделать бутылочку йогурта с настоящей малиной, которая обходится в тысячу рублей. Ведь гораздо проще налить йогурт с точно таким же вкусом, но с добавкой, и она будет

стоить 100 рублей. Редко кто идёт по первому пути. Он долгий, трудный, требует полной отдачи, и не просто на одном-другом занятии, а каждодневно и всегда. Это когда ты передаёшь свой творческий импульс ребёнку, который начинает что-то создавать сам. Принципиальная разница: ты ему не показываешь сценический рисунок и не говоришь: «Повтори!», а ждёшь, когда у ребёнка начнёт что-то рождаться и получаться. Но это будет присуще именно ему, и только. Вот это — творчество!

А чаще принято так: вышел педагог, всё показал, ребёнка загнал в лузу, ребёнок это повторил, всё чётко. Такому педагогу кажется, что всё хорошо. Смотришь, а цветок-то не раскрылся! Он так и стоит в бутоне. Поэтому, когда на сцену выходят дети, ты всегда видишь взрослых, а не детей. 

— Каков принцип отбора в студию?

— Очень простой принцип: берём всех талантливых.

— Человек со стороны может определить, талантливый ребенок или просто кривляется?

— Для это нужно жизнь прожить в театре и иметь опыт, а я работал в очень разных театрах, от АТХ до Саратовского театра драмы. Кроме того, преподавал в пятой гимназии города Саратова. Семнадцать лет назад меня пригласила туда легендарный журналист и театральный критик Наталья Иннокентьевна СВИЩЕВА. Там началось моё становление как режиссёра, я защитился и стал педагогом высшей категории. Хотя по образованию я актёр театра и кино.

— В апреле прошлого года в Старом ТЮЗе прошёл отбор потенциальных студентов для школы-студии МХТ имени Чехова и Московской театральной школы Олега Табакова. Вы были в жюри.

— Так случилось, что мы вдвоём с известным театральным деятелем Юрием КРАВЦОМ были в отборочной комиссии и пришли к общему выводу, что талантливого, способного человека всегда видно. Но начальный этап — ещё не всё. Потом тот, который подавал колоссальные надежды, может оказаться ленивым, неусидчивым. А человек, про которого говоришь: «Ладно, пусть будет, может, что-нибудь получится», оказывается трудягой и обставляет соперников «на ура». Одни берут упорством, а другие расплескивают всё, что в них было заложено.

— Вы готовили постановку «Карлсона» параллельно с обучением студийцев?

— Это довольно авральная история. К примеру, в спектакле у меня нет хореографа, мы вместе со студийцами придумывали и танец с шариком, и этюд с привидением в последней сцене. Это был свободный полёт. Что на самом деле и есть творчество. Принцип моей работы прост. Я сначала рассказываю, какой рисунок должен быть, как я его вижу, и запускаю их в эту историю. И потом отталкиваюсь от того, что они сами создали. Сцены с участием семьи Свантесон рождались именно так. Я просто чистил, уточнял, добавлял какие-то «вкусности», что в профессии режиссёра самое приятное. 

— Как шла работа над сценарием?

— Сценарий «Малыша и Карлсона» я написал буквально за неделю. Люблю, когда мне ставят невыполнимые задачи. Я когда-то работал креативным директором на радио и придумывал огромное количество рекламных роликов и программ. Тебе приносят информацию в две строки, а из этого нужно сделать мини-спектакль.

С «Карлсоном» была такая же история. Надо заметить, что он никогда не был моим любимым героем детских сказок. А вот дочка до сих пор, когда устаёт от своей диссертации, достаёт повести Астрид ЛИНДГРЕН. Поэтому, когда она узнала, что мне поступило предложение поставить такой спектакль, для неё это было просто счастье. И у меня появилось подспорье — я понял, что есть человек, который поможет мне с инсценировкой. Я уехал на дачу, закрылся там на неделю, а потом вернулся с готовым сценарием.

— Теперь на очереди другая постановка по классике — «Ах, Андерсен!».

— С АНДЕРСЕНОМ всё сложнее. Я копил материал, погружался в эту историю, прочитал подряд двухтомник датского сказочника и вдруг понял: это же ХАРМС! Солдата сейчас казнить будут, а он вызывает собак, собаки всех съели или «разбили вдребезги», и солдат женится на принцессе. А она довольна, что папу с мамой скушали псы, и соглашается. Полный абсурд! Если с текстами Астрид Линдгрен можно играть, что-то убирать, а где-то добавлять, то с Андерсеном так не получилось. Нужно было полностью написать спектакль.

Но самое сложное в том, что сказки Андерсена так широко известны. Что мы знали про Карлсона? Мультик да пару спектаклей. Один со Спартаком МИШУЛИНЫМ в роли Карлсона, в другом Малыша играла Алиса ФРЕЙНДЛИХ. И больше ничего нет! Это давало какую-то свободу. А по мотивам Андерсена ставится много симпатичного. Появилась идея, смотришь — а это уже до меня сделали.

Но личность Андерсена и его творчество дают настоящее вдохновение. Как и в предыдущем, в новом спектакле сыграют и взрослые, и дети. Сказка будет густо населена, и на самом деле зрителей ждёт старая-старая история любви!




Партнеры