Именитой саратовской спортсменке необходим донор

Ужас. Шок. Боль.

03.04.2018 в 11:05, просмотров: 546

Интернет взорвал крик о помощи: «Дорогие друзья! Очень нужна ваша помощь! В начале января у замечательной девушки, триатлетки, члена сборной команды России по триатлону, участницы Олимпийских игр Марии Шорец обнаружили рак крови.

Именитой саратовской спортсменке необходим донор
фото из vk.com

Диагноз — острый монобластный лейкоз. По медицинским показаниям Маше 100% показана трансплантация костного мозга. Два месяца она борется с болезнью, прошла второй курс химиотерапии, но сегодня стало известно, что донора для неё в российской базе нет и нужно обращаться в международный пул доноров. Это серьёзные финансовые затраты. В течение нескольких дней нужно собрать шесть тысяч евро, чтобы начать поиск донора. Далее потребуется ещё в районе 12-18 тысяч евро. Мы просим вас поддержать Марию и, если есть такая возможность, перечислить средства на лечение на её счёт. Надеемся на лучшее!»

Вроде бы совсем недавно саратовские любители спорта болели за Машу на Олимпиаде-2016. Земляков переполняла гордость: впервые в триатлоне регион представлен на главном старте четырёхлетия! ШОРЕЦ и вместе с ней оформившая параллельный зачёт на Санкт-Петербург и Саратовскую область Александра РАЗАРЕНОВА избежали допинговых сетей, изрядно проредивших состав олимпийской сборной России, и выступили в Рио-де-Жанейро достойно. Александра замкнула двадцатку сильнейших, Мария заняла 25-е место.

А ведь Шорец могла и не попасть в Бразилию. По итогам 2015 г. она не входила в число спортсменок, получавших лицензию по мировому рейтингу. Пришлось форсировать подготовку, увеличивать количество стартов. Шорец вышла на трассу уже в марте, заняв высокое 12-е место на этапе Мировой серии в Абу-Даби (ОАЭ). Потом было ещё одно попадание в топ-20 главного этапного соревнования года и пятое место на Кубке мира. Эти результаты позволили Марии войти в число будущих обладательниц олимпийских лицензий. Ситуацию резко ухудшило 43-е место на этапе Мировой серии в Иокогаме (Япония). Оно отбросило Шорец на 64-е место в мире, не дающее лицензии в Рио. К счастью, некоторые страны отказались от своих квот — и Мария из «листа ожидания» перебралась в список участниц.

Возможно, запредельное предолимпийское напряжение внесло разлад в организм Марии. Тем более что после Игр отдохнуть не удалось: чемпионат России (с «золотом» в смешанной эстафете и личной «бронзой»), финал Мировой серии (с высоким девятым местом). В марте 2017-го Мария ещё и в престижнейшем марафоне Ironmаn (113 километров плавания, велогонки и бега) блеснула, выиграв первую для российских женщин медаль — бронзовую, а потом стала постепенно исчезать из новостных лент. 20-е место на чемпионате Европы, 33-е на первенстве мира/финале Мировой серии — и всё. Оказалось, с борьбы с соперницами спортсменка переключилась на борьбу с недугом.

«МК» в Саратове» удалось задать Марии несколько вопросов, на которые 27-летняя спортсменка откровенно ответила:

— Когда вы провели последний старт сезона-2017?

— Последним стартом 2017 года для меня была Super League в Великобритании, на острове Джерси. Она же стала самым запоминающимся стартом.

— Почему?

— Благодаря новому формату соревнований и отличной атмосфере. Соревнования проходили три дня подряд в суперспринтах на выбывание. Место проведения Super League интересно и само по себе. Остров находится в проливе Ла-Манш, является частью островной Нормандии. Он Коронное владение Британской короны, но не является частью Великобритании. Жители — англичане и французы.

— Как там выступили?

— Заняла место в двадцатке. Вообще прошлый сезон получился для меня очень сложным, сопровождался травмами и болезнями, поэтому не получалось нормально тренироваться и показывать максимальные результаты. Лишь на старте, в начале марта хорошо выступила на Мировой серии в Абу-Даби (ОАЭ), заняв 13-е место. На чемпионате России, который прошёл в июне в Ижевске, выиграла бронзовую медаль. Победительнице уступила чуть больше двух минут, серебряной призёрке — немногим больше минуты.

— Вас затерзали простуды или мышечные травмы?

— Проблемы со здоровьем были различными, без них в 2017 году провела всего четыре месяца. Потом выступала и тренировалась с ежедневными обезболивающими. Несколько раз перенесла бронхит, постоянно беспокоили стоматит и герпес.

— Как проводили межсезонье? Удалось куда-то поехать?

— В межсезонье была дома с семьёй. Я родом из Санкт-Петербурга, где постоянно живу, там все родные: мама, сестра. Кстати, тоже триатлонистка.

— Во время отпуска здоровье улучшилось?

— Нет. В ноябре-декабре прошлого года постоянно плохо себя чувствовала. Обострялись вирусные инфекции, показатели крови были снижены, но ничего особенного, на первый взгляд, с организмом не происходило. О том, что больна лейкозом, узнала в НИИ гематологии в Санкт-Петербурге после направления на углублённый медицинский осмотр.

— Ваша реакция?

— Пришлось отменить все планы, которые были, вообще все — и заняться лечением.

— В вашей семье раньше не было подобного заболевания?

— Моё заболевание не передаётся по наследству.

— Узнавали, у кого аналогичные проблемы?

— Лечение таких заболеваний строго индивидуально, нельзя опираться на чьи-то примеры.

— Как отреагировали друзья, коллеги, федерация?

— Никто не ожидал такого серьёзного диагноза.

— Ваши родные и близкие обратились за помощью в соцсетях…

— После той публикации был большой отклик, я даже не ожидала. Выражаю друзьям, знакомым и откликнувшимся людям огромную благодарность! Помимо финансовой помощи нам очень важна и моральная поддержка.

— Есть ли помощь от официальных структур? Например, министерство молодёжной политики и спорта Саратовской области сделало репост обращения на своём сайте. Может, и финансами поддержало?

— О том, что был репост от минспорта региона, узнала от вас. Вообще о финансовых вопросах у меня нет информации. Знаю, что из официальных организаций откликнулся ректор Санкт-Петербургского политехнического университета Петра Великого, в котором работает моя мама.

Вот что рассказала «МК» в Саратове» мама Марии Светлана ПЕТРОВА:

— На начало первой недели апреля у Маши запланирован третий курс химиотерапии в НИИ гематологии в Санкт-Петербурге. Дней десять назад оплатили шесть тысяч евро на поиск донора, ждём ответа. Донора ищут по всему миру, активировать его будет стоить 12 тысяч евро. Средства собираем везде где возможно. Очень помогло обращение в интернете. Шлют и по 100 рублей, и по пять тысяч, откликнулись и спортсмены, и простые люди. Всех я записала — получилось более сотни переводов, средства от которых пошли на транш по поиску донора. Уже собрана часть суммы на активацию. Помогают родственники, коллеги по работе. Ректор университета, в котором тружусь, выделил сто тысяч рублей. Причём выделил мгновенно, как только я принесла документы из больницы. Очень приятно и важно, я ведь 36 лет в университете работаю, там же трудился мой муж, Машин папа. Когда найдётся донор и наступит состояние ремиссии, можно делать пересадку. Где — мы пока не решили. Подруги советуют оперироваться за границей, но ведь это тоже деньги… 12 тысяч евро, о которых я говорила, — это за согласие донора, обследование и забор костного материала. Ещё перевозка оплачивается отдельно. Конечно, сколько запросят, столько заплатим — тут не до торговли. И Маша, и я настроены по-боевому. После «химии» ей тяжело — сил нет, лежит. Но когда курс пройдёт — кажется, здоровый человек. Не представляем, откуда эта болезнь взялась. Нежданно-негаданно, на ровном месте… То ли инфекция, то ли стресс. С ноября прошлого года пошли проблемы, но диагноз верный не сразу поставили. Везде должны быть специалисты — вот какой вывод напрашивается.

Р. S. Телефон мамы Маши (+7-911) 993-74-88, Светлана Николаевна Петрова. Реквизиты для финансовой помощи: карта Мир Сбербанк 2202 2001 8648 7292.




Партнеры