Молодая женщина получила большой тюремный срок за то, что стояла рядом с потребителем наркотиков

Неважно, как человек подписал явку с повинной — под пытками, поддавшись на провокацию, будучи в невменяемом состоянии?

09.12.2019 в 07:10, просмотров: 1014

Неважно, что при этом были нарушены все юридические нормы — не было адвоката, не проводилась экспертиза основных вещественных доказательств. Неважно, что свидетелями оказались только сотрудники органов, которые сами же и вели сбор доказательств. Есть признание — человек будет сидеть, сколько бы он потом от своих показаний и явок с повинной ни отказывался.

Молодая женщина получила большой тюремный срок за то, что стояла рядом с потребителем наркотиков
Следы от электрошокера на теле Оксаны

«От страха и безысходности…»

32-летняя жительница Саратова Оксана ПРОНИНА осуждена к 9 годам лишения свободы приговором Ленинского районного суда от 8 октября 2019 г. Её признали виновной в «покушении на незаконный сбыт наркотических средств, совершённом с использованием информационно-коммуникационной сети Интернет, группой лиц по предварительному сговору в крупном размере».

При этом осуждённая раньше судимостей не имела. Мало того, она, как указано в материалах уголовного дела, никогда не употребляла наркотиков и вообще никогда к ним не прикасалась. Таких следов не обнаружено. В заключении эксперта об Оксане сказано: «На срезах ногтевых пластин, на ватных тампонах со смывами с ладоней и пальцев рук, на срезах боковых карманов куртки следов наркотических средств не выявлено».

Что ж, скажете вы, в наш век такое бывает. Сидит наркодилерша дома и по интернету управляет движением ядовитого зелья, получая барыши от действий своих подручных. Не зря ей такой большой срок заключения определили — столько за убийство, если в первый раз, не дают.

Но… Эпизод в уголовном деле всего один. 23 марта 2018 г. в посёлке Дачный Ленинского района Саратова задержали Романа БИЧЕВА. За ним следили и взяли сразу же, как только он достал из тайника на дереве пакет с 20 граммами наркотической соли. Неподалёку стояла Оксана, не принимая никакого участия в действиях Бичева. Её тоже задержали «за компанию».

Роман Бичев — наркоман со стажем, не раз судимый. Он не отрицал, что приехал за дозой, предварительно получив информацию из интернета о месте тайника. Ни о каком сбыте не думал, соль была ему нужна для собственного употребления. В суде на вопрос: для чего с ним приехала Оксана? — отвечал, что она ни при чём. Молодая женщина — его близкая знакомая, гражданская жена его брата. Приехала, потому что он пользовался её телефоном, его мобильник не имеет выхода в интернет. О тайнике ничего не знала.

То же самое говорила в суде Пронина. Она ничего не знала о пристрастии Романа к наркотикам. Он попросил дать ему телефон, чтобы встретиться с заказчиком по строительству. Оксана не доверила ему свой дорогой мобильник — раньше давала ему старые телефоны, он их терял. Поэтому поехала вместе с братом мужа на маршрутке. И попала вместе с ним в полицию, а через полтора года — в тюрьму.

Бичев, кстати, сейчас не в тюрьме, а в розыске. Он, как неоднократно судимый, просидел около года в СИЗО. Затем был освобождён под подписку о невыезде по требованию своего адвоката. В середине судебного процесса, в сентябре 2019 г., он исчез. Теперь его ищут, а Оксана получила 9 лет как член организованной группы по сбыту наркотиков.

В суде они оба утверждали, что Пронина оказалась на месте закладки случайно. Но в течение суток после задержания всё было иначе. Оксана рассказывает, что подписала явку с повинной и признательные показания, даже не прочитав, что там написано. По её словам, к ней применили электрошокер — ожоги от него зафиксированы. Целые сутки не давали ни пить, ни есть, не разрешали звонить родным. Заталкивали в карман куртки пакет с надписью «соль» — утверждали, что там наркоты больше, чем нашли у Романа. Пугали, что отправят в СИЗО, там она узнает, каким бывает ад на земле. А если подпишет, отпустят домой.

— От безысходности, от страха, измученная угрозами, я подписала, — говорила Оксана в последнем слове в суде.

Её отпустили. На целых полтора года. Чтобы 8 октября отправить в СИЗО уже не как подозреваемую, а как осуждённую.

 

Адвокат-невидимка

Приговор не вступил в законную силу. Впереди решение по апелляционной жалобе. Дальше можно будет обращаться в областной суд, не поможет — искать правды в Верховном Суде России. А пока адвокат Оксаны Марина СТЕПАНОВА в разговоре со мной обратила внимание на некоторые противоречия в уголовном деле, завершившемся таким жёстким приговором.

— В материалах дела сказано, что когда Пронина давала показания, при этом присутствовал назначенный адвокат. Мы же выяснили, что присутствовать этот адвокат в тот момент никак не мог, поскольку участвовал в следственно-оперативных действиях по другому уголовному делу и был на выезде. Мы заявили ходатайство о возможности ознакомиться с тем уголовным делом, суд его удовлетворил. Там расписано, где находился адвокат — при допросе моей подзащитной он присутствовать не мог физически.

Между тем согласно пп. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 г. № 55 «О судебном приговоре» «Неподтверждение подсудимым показаний, данных им в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, влечёт признание их недопустимым доказательством вне зависимости от причин, по которым подсудимый их не подтвердил».

 

Приключения чёрного телефона

Основным доказательством по делу, кроме «чистосердечных» признаний, является информация, добытая из телефона Прониной — в протоколе сказано, что у неё изъяли телефон марки «Honor» чёрного цвета. С этим телефоном поработали сначала двое оперативников, затем старший следователь. Все они добывали оттуда информацию о местах закладок наркотиков, фотографировали её, распечатывали. В итоге старший следователь приобщил данные фототаблицы к протоколу осмотра.

Но вот незадача, к эксперту телефон Оксаны попал только через 9 месяцев после задержания, 26 декабря 2019 г. И этот специалист по работе с вещдоками сделал совершенно неожиданный вывод: «Получить каких-либо сведений не представилось возможным ввиду того, что на представленном мобильном телефоне под № 3 («Honor»), установлен пароль».

Как же с ним работали опера и следаки? Загадка, найти ключ к которой так и не удалось.

В апелляционной жалобе по поводу этой странности сказано: «Через 5 часов в этот же день, 26 декабря 2018 г., при осмотре электронного содержимого телефона Прониной О. О. оперуполномоченным впервые упоминается о графических ключах и паролях».

Через 8 месяцев (?!) после изъятия указанный телефон марки «Honor» осматривает следователь, который в протоколе осмотра не упоминает о графических ключах и паролях, свободно включает телефон, осматривает содержимое, фотографирует информацию, после чего упаковывает телефон и направляет его на судебную компьютерную экспертизу с вопросами о получении сведений посещений интернет-ресурсов, однако эксперт не смог ответить ни на один вопрос следствия по причине того, что на представленном мобильном телефоне «Honor» установлен пароль для доступа к его памяти и к настройкам синхронизации со стендовым компьютером эксперта.

Кроме того, в документах по делу упоминается разный цвет корпуса телефона — он, как хамелеон, меняет окраску в зависимости от того, в чьи руки попадает. Становится то чёрным, то серебристым.

В суде, где единственными свидетелями были следователи и оперативники, защитнику так и не удалось выяснить, почему одни могли открывать телефон, другие нет. Отвечали примерно так: пароль и графический ключ сначала знали, но сообщить его эксперту… забыли! А потом и сами забыли. Теперь телефон ни для кого не доступен.

Завершая разговор, напоминаем, что приговор суда, не вступивший в законную силу, может быть признан неправильным только другим судом, более высшей инстанции. Поэтому мы не претендуем на критику решений суда. Но вот недоумение обстоятельства расследования по уголовному делу явно вызывают.

Подождём, какой эффект принесёт апелляционная жалоба. Всё-таки речь идёт о судьбе молодой женщины, приговорённой к 9 годам заключения за то, что оказалась рядом с наркоманом.